В 4 серии уникальная философия и поведение Фила Джексона выводят быков на новый уровень. Команда, наконец, обходит Детройт и зарабатывает возможности взойти на титул НБА. Это нереально захватывающее событие, о котором действительно все будут говорить еще очень долго, на протяжении десятков лет. Джексон захватывает дух своей уникальной философией, и это действительно впечатляет многих.
Непрекращающиеся стенания Сервилии о попранной справедливости доводят Атию до помрачения рассудка, и это, к несчастью, становится достоянием общественности. Тем временем, Октавиан, Марк Антоний и Лепид решают поделить территорию Рима и на паях пользоваться городской казной. Союзу этому, как выясняется, грош цена: Марк Антоний тут же утаивает информацию о полученной им крупной взятке. На Коллегии Айрин настаивает на наказании Гайи за неповиновение, но рабыня ухитряется превратить свою вину в преимущество. Леви агитирует упирающегося Тимона убить царя Ирода, прибывшего в Рим из Иудеи с секретной миссией. В то время, как освобожденный Поска женится, Октавиан превращает его свадьбу в политическую акцию.
Изучается нацистское правление и этнические чистки в оккупированной Польше под руководством Ганса Франка, Альберта Форстера и Артура Грейзера. Среди опрошенных — поляк, подвергшийся германизации, этнический немец, который был переселён в Польшу, и бывший нацистский чиновник.
В четвертом эпизоде сериала неожиданное признание ставит под сомнение роль Стивена в деле об убийстве, но новый подозреваемый дает противоречивые версии произошедшего.
Пока Брут и Кассий кочуют за пределами Империи в поисках иностранных средств для своей оппозиционной армии, Марк Антоний изменяет свой маршрут и отправляется вместо Македонии в Галлию. Его план срывается, когда ненавидящий Марка Антония Цицерон доставляет в Сенат послание, в котором призывает объявить Антония врагом отечества, а затем открыто переходит на строну нового Цезаря, 18-летнего Октавиана. Ворен, между тем, тоже провоцирует настоящую войну с группировками Авентинской коллегии, но в происшедшем он винит не себя, а Пулло. Октавия на вилле Атии в тоске обкуривается марихуаной, пока двуличный юнец по имени Дуро готовится воплотить в жизнь зловещий план, придуманный Сервилией.
